Глядя на прославленных ученых, или преуспевающих бизнесменов легко подумать, что превосходные способности были с ними всегда, с самого детства.
Даже и примеров множество: Моцарт давал клавесинные концерты еще в 4х летнем возрасте. Маленький Ландау, прячась от мамы в парке, чертил на песчаных дорожках математические задачки, решив которые только и можно его было найти.
Хорошо, что жизнь богаче наших поверхностных представлений о ней!
Маленького Теодора Бильрота в гимназии считали тупым. Сейчас это могли бы называть дислалией — задержкой речевого развития. Мальчик с трудом говорил, медленно собирая слова в предложения. Это сильно мешало при учебе, Теодор едва перебирался из класса в класс, да и то — с помощью репетитора.
Легко давалась лишь музыка, ей мальчик и собирался посвятить жизнь. Однако мама уговорила его выбрать медицинский факультет: она боялась что «дурачок, способный только петь и пиликать на скрипке» не сможет заработать себе даже на еду. Кто же мог знать, что этот выбор подарит миру одного из величайших хирургов современности?
Впрочем, и в медицинском университете весь первый курс Теодор Бильрот музицировал. Освоил фортепиано и альт.
Мать, оплачивая его расходы, требовала регулярно высылать отчеты о занятиях. При написании этих рапортов обнаружился еще один талант. Оказалось, что пером Теодор владеет значительно лучше, чем устной речью.
Впрочем, музыкальные занятия тоже не прошли даром: навык зрительного запоминания нот помог ему совершить первое научное открытие. Как-то разглядывая в микроскоп препараты кишечных полипов, Теодор увидел знакомую картинку: нечто росло из общего центра. Такое Бильрот уже видел прежде на учебных препаратах демонстрирующих раковые клетки. Находка подтвердилась: злокачественное перерождение полипозных клеток, сделало его имя известным.
Необычное сочетание талантов привлекало к себе внимание старших коллег: обычно хирурги не любят и не умеют писать, а у Теодора это получалось. В 29 лет Бильрот получил приглашение стать профессором Цюрихского университета.
Дислалия не позволяла Бильроту красиво говорить с кафедры, поэтому на лекциях он предпочитал делать показательные операции, а следить за его работой было интересно. Студенты собирались толпами.
Привлекала логичность и последовательность его действий: клиническая гипотеза – подтверждение – лечение. Например, по данным опроса и осмотра предположить где находится центр опухоли, а потом найти его во время операции и удалить.
Вместе с учениками они мечтали о технике резекций опухоли желудка. Даже сегодня рак желудка стоит на втором месте в структуре онкологии внутренних органов.
Однако как оперировать в брюшной полости, если любая рана в живот тогда считалась смертельной?
Экспериментировали на животных, отрабатывая детали резекции, технику наложения швов, специфику выхаживания после операции. Успешные опыты на собаках проводились и раньше, но от резекции желудка у человека, после нескольких неудач, лучшие хирурги Европы отступились – пациенты погибали. Кто-то от шока во время операции, кто-то уже после операции от голода, так и не начав питаться через желудок.
Даже наблюдая в своей клинике подходящих больных Бильрот долго не решался. Однако к декабрю 1881 года сошлось вместе несколько обстоятельств.
Во-первых у Бильрота уже был положительный опыт операции у пациента с желудочным свищом. До операций по резекции опухоли оставался один мужественный шаг.
Во-вторых интриги в министерстве образования поставили всю команду учеников Бильрота под удар. Виноват был сам Теодор, однажды неосторожно наговоривший лишнего, и теперь он чувствовал что всех подвел. Чтобы поправить положение, нужен был подвиг, мировая сенсация.
Так и решились. Почти месяц готовились всей командой, заранее отрепетировали роль каждого.
Чтобы избежать шока – применили хлороформовый наркоз. Помещение продезинфицировали, протопили до 30гр. Операция началась 29 января 1881 года в 9.00. Последний, 46й шов наложили ровно через полтора часа.
Спустя 5 дней сняли швы – полное заживление! Еще через 10 дней пациентка смогла впервые за долгое время поесть мясо. Жалобы на боль в желудке, бледность и рвота – все осталось в прошлом. Это была победа.
Бильрот оказался первым, кто провел резекцию опухоли желудка успешно. Разработанная им операция названа его именем (Бильрот-1 и Бильрот-2), и широко используется до сих пор.
Все ученики, присутствовавшие при операции, получили профессорские должности в ведущих университетах мира.
Как причудливо тасуется колода карт! Дислалия и трудности при начальном обучении, зато безупречный музыкальный слух и память, а потом еще умелые руки, и выразительная письменная речь — и вот, через какие-то 50 лет, перед нами уже отнюдь не «дурачок, пиликающий на скрипке», а хирург мирового уровня, спасший тысячи жизней и обессмертивший свое имя!
На фото
Рисунок ‘Теодор Бирот’ Ismaël Gentz 1909, Картина ‘Лекция Бильрота’ Адальберт Франц Зелигманн, 1890
